Празднуем труса,
празднуем ката,
празднуем Брута
и Герострата.
Белое, мёрзлое,
скользкое, красное.
Трезвые — брезгуем,
треснем — и празднуем.
Взято до крошки,
взято на мушку.
Пьем не за то, что.
Пьем потому, что.
А хорошо!
Потому что привычно:
как-то задушно,
запечно,
ильично.

а чего
и поставим Перуна,
и будет стоять
потому что бетоном зальём
потому что на дне на вершине
потому что над городом Днепр
высоко-высоко
ледяной как Луна
и вмерзает в него золотая
осенняя Лавра
а потом ледоход
и весь город плывёт по кускам
и с большими баграми
стоят наши старшие братья
но уносят холодные воды холодную кровь
наших чёрных глубин
потому что залили бетоном
так и будет стоять высоко на Андреевском дне
второзванный Перкунас великой Литовской Руси
и багром золотого тризуба
цепляться за льдины

вырезающий идола
из живого дерева
стреляющий в коршуна
ради голубя
в гончую
ради волка
в человека
ради бога

Белица и Чернава,
Беженки от крестителей,
Сидят на пнях у замёрзшего става,
плетут из шерсти два тёплых свитера.

Белица — белый из шерсти овечьей,
Чернава — чёрный из шерсти козьей.
Тут им навстречу случился встречный,
Шёл по воде, насквозь промёрзлой.

— Чего сидите?
— Не видишь? Вяжем.
— На что мне два?
— На смену
— На стужу
— Один для пепла
— Другой для сажи
— Один на тело
— Другой наружу

А встречный смотрит — рубаха в дырах.
Чернава, Белица, узлик, петелька.
Бетон согрелся в жилых квартирах.
В основе мифа лежит эстетика.